WWW.ДЕНЬСИЛЫ.РФ

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Медицина

 

Pages:     | 1 | 2 || 4 |

Влияние мезенхимальных стромальных клеток на иммунную реконституцию в посттрансплантационном периоде у больных лимфомами

-- [ Страница 3 ] --

В группе МСК(+) РВЛ регистрировалось у 73% пациентов и в 1,3 раза превышало аналогичный показатель в группе со стандартной АТГСК (P2=0,031) (рис. 2). Стимулирующий эффект МСК более ярко проявлялся у пациентов с низким количеством вводимых ГСК или низким содержанием лимфоцитов в продукте афереза. Так, у пациентов с низким содержанием ГСК частота РВЛ в подгруппе с ко-трансплантацией МСК была в 2,4 раза выше, чем в группе МСК(-), тогда как в у пациентов с высоким количеством трансплантированных ГСК частота РВЛ на фоне ко-трансплантации МСК увеличилась на 23% (Рис.1А). У пациентов с низким количеством лимфоцитов в продукте афереза частота РВЛ на фоне ко-трансплантации МСК превышала таковую в группе без МСК в 1,7 раза, тогда как у больных с высоким содержанием лимфоцитов в продукте сепарации – только на 20% (рис.1А,Б).

Полученные данные позволяют заключить, что ко-трансплантация аутологичных МСК повышает эффективность РВЛ, особенно в подгруппах пациентов с низким количеством вводимых ГСК, или при малом абсолютном содержании лимфоцитов в продукте сепарации. Поскольку эффективность РВЛ зависит от количества трансплантируемых CD34+ клеток и лимфоцитов, обеспечивающих соответственно лимфопоэз и периферическую экспансию лимфоцитов, можно полагать, что восстановление лимфоцитов на раннем этапе осуществляется с вовлечение обоих процессов, которые могут быть усилены на фоне ко-трансплантации МСК.

С целью изучения влияния МСК на реконституцию Т-клеток был проведен сравнительный анализ количества различных субпопуляций Т-лимфоцитов в группах больных со стандартной АТГСК и ко-трансплантацией МСК до начала и после проведения (на момент восстановления лимфоцитов) АТГСК.

В группе МСК() (n=50) абсолютное количество лимфоцитов в течение месяца после трансплантации не восстанавливалось до исходного уровня и было ниже, чем до АТГСК (0,83 ± 0,1 против 1,35 ± 0,2 х 109/л, р=0,002). Наиболее выраженные различия прослеживались в отношении наивных CD4+ Т-лимфоцитов, их доля после АТГСК была ниже исходной более чем в 3 раза (3,8 ± 0,3 против 13,7 ± 2,3%; р<0,001). Содержание наивных CD8+ Т-лимфоцитов было ниже исходного в 1,7 раза (11,9 ± 1,8 против 20,2 ± 2,0%; р<0,001). Доля CD4+ и CD8+ Т-клеток памяти после АТГСК, напротив, превышала исходные показатели (27 ± 2,8 против 19 ± 1,2%; р<0,005 и 16 ± 1,4 против 11 ± 1,5%; р=0,006, соответственно) (рис.3А).

Учитывая лимфопению, изменения субпопуляционной структуры Т-клеток в посттрансплантационном периоде проявлялись более низким абсолютным количеством CD4+ и CD8+ Т-клеток преимущественно за счет снижения наивных клеток в обеих субпопуляциях (0,03 ± 0,003 против 0,18 ± 0,04 х 109/л; р<0,0001 для CD4+CD45RA+Т-клеток и 0,097 ± 0,02 против 0,27 ± 0,04 х 109/л; рU<0,0005 для CD8+CD45RA+ Т-клеток, соответственно). Абсолютное содержание CD4+ и CD8+ Т-клеток памяти достигало исходного уровня (соответственно 0,21 ± 0,03 против 0,23 ± 0,04 х 109/л и 0,13 ± 0,02 против 0,18 ± 0,06 х 109/л) (рис. 3Б).

 Относительное и абсолютное содержание субпопуляций лимфоцитов в-3
Рис. 3. Относительное и абсолютное содержание субпопуляций лимфоцитов в периферической крови больных лимфомами до и после стандартной АТГСК. Относительное (А) и абсолютное (Б) содержание субпопуляций лимфоцитов в периферической крови больных. Достоверность различий: критерий Вилкоксона для парных выборок.

Таким образом, реконституция Т-клеток после стандартной АТГСК происходила преимущественно за счет Т-клеток памяти на фоне низкой интенсивности восстановления наивных Т-клеток, и в первую очередь CD4+СD45RA+ лимфоцитов.

В группе больных с ко-трансплантацией МСК (n=25) абсолютное количество лимфоцитов в течение месяца после трансплантации полностью восстанавливалось

(1,25 ± 0,3 х 109 против 1,1 ± 0,1 х 109/л). Восстановление лимфоцитов так же как и в группе МСК(-) происходило преимущественно за счет Т-клеток памяти. Так, процентное содержание наивных CD4+ и CD8+ Т-клеток после АТГСК было достоверно ниже по сравнению с исходным значением (4,97 ± 0,8 против 12,4 ± 1,8 %; р<0,0005 и 12,7 ± 1,9 против 20,2 ± 2,3 %; рU=0,005; соответственно), тогда как доля CD8+ Т-клеток памяти к моменту выхода из лейкопении превышала исходное значение (20,4 ± 3,5 против 11,1 ± 1,0 %; рU=0,006). Однако в результате более эффективного восстановления общего количества лимфоцитов больные в группе МСК(+) отличались от пациентов группы МСК(-) более высоким абсолютным содержанием наивных CD4+клеток (рU<0,01) (рис.4Б) и более высоким совокупным (CD4+ и CD8+) количеством Т-клеток памяти (0,68 ± 0,1 против 0,35 ± 0,04 х 109/л; рU=0,04) (рис.4A). При этом более высокое относительное содержание наивных CD4+ клеток в группе МСК(+) по сравнению с группой МСК(-) (5,1 ± 0,6 против 3,7 ± 0,4 %; рU=0,047) при отсутствии достоверных различий в содержании CD4+Т-клеток памяти (26,4 ± 3,1 против 26,1 ± 2,5 %; рU=0,95), свидетельствовало о более интенсивном восстановлении пула наивных CD4+ Т-клеток.

Рис.4. Абсолютное содержание субпопуляций лимфоцитов ПК больных после АТГСК в группах МСК+ и МСК(–).


Таким образом, ко-трансплантация аутологичных МСК повышает эффективность раннего восстановления лимфоцитов как за счет Т-клеток памяти, так и наивных Т-клеток. При этом стимулирующий эффект МСК на восстановление наивных CD4+Т-клеток является более выраженным.

Поскольку одним из механизмов гомеостаза Т-лимфоцитов в условиях лимфопении является периферическая экспансия Т-клеток, на следующем этапе исследовали влияние МСК на пролиферацию МНК, индуцированную IL-2, - цитокином, участвующим в поддержании гомеостатической пролиферации Т-клеток. [Cho J.H., 2007, Sprent J., 2011]. Эффект МСК оценивали по индексу влияния (ИВ), который рассчитывался как отношение IL-2 стимулированного ответа МНК в присутствии и отсутствии МСК и интерпретировали как стимулирующий при значениях ИВ > 1, и ингибирующий - при значениях ИВ < 1.

Добавление МСК в культуры МНК доноров в соотношении МСК:МНК 1:50, 1:10 и 1:2 усиливало IL-2 стимулированную пролиферации МНК соответственно на 33, 43% и 50%, однако при больших дозах МСК не влияли на пролиферацию лимфоцитов (рис. 4). При этом между ИВМСК и уровнем ответа МНК на IL-2 отмечалась обратная корреляционная связь (R=-0,60, pS=0,0024; при соотношении МНК:МНК=1:2). МСК больных также усиливали IL-2-стимулированную пролиферацию в культурах аллогенных МНК больных. Стимулирующий эффект МСК максимально проявлялся при соотношениях МСК:МНК 1:50 и 1:10 и постепенно снижался по мере возрастания количества добавляемых МСК (рис. 4). Характерно, что ответ МНК больных на стимуляцию IL-2 был достоверно ниже, чем у доноров (1879 ± 485 против 3322 ± 597 имп/мин, pU=0,048). Видимо поэтому МСК 3-х из 8-ми тестируемых пациентов, не обладающие стимулирующей активностью в культурах МНК доноров, усиливали IL-2 стимулированную пролиферацию в культурах МНК больных. Так же как и в культурах МНК доноров ИВМСК обратно коррелировал с уровнями ответа на IL-2 (rS = -0,56, pS=0,059; МСК 1:50).

 Влияние МСК больных лимфомами на IL-2-стимулированную пролиферацию-6
Рис. 4. Влияние МСК больных лимфомами на IL-2-стимулированную пролиферацию МНК периферической крови доноров и аллогенных больных. Результирующие кривые значений индексов влияния пролиферации МНК доноров (n=23) и аллогенных пациентов (n=12) в присутствии различных доз МСК больных (n=8). Данные представлены в виде М–SE (МНК доноров), М+SE (МНК больных).

Таким образом, МСК больных ЗЛ способны усиливать ИЛ-2-индуцированную пролиферацию МНК. Стимулирующий эффект МСК регистрируется в относительно широком диапазоне соотношений МСК:МНК – от 1:50 до 1:2. При этом важным фактором, детерминирующим стимулирующий эффект МСК, является реактивность отвечающих МНК на ИЛ-2. Так, стимулирующий эффект МСК более выражен в культурах МНК с низким пролиферативным ответом на IL-2, т.е. на фоне снижения реактивности лимфоцитов к гомеостатическим стимулам.

Важная роль в иммунной реконституции отводится также включению тимопоэза и пополнению наивных Т-клеток за счет недавних мигрантов из тимуса. Химиотерапия оказывает повреждающее действие на эпителиальные клетки тимуса и тимопоэз, поэтому длительное время восстановление Т-лимфоцитов происходит преимущественно за счет периферической экспансии Т-клеток. Продемонстрированная более высокая эффективность восстановления не только клеток памяти, но и наивных Т-клеток, позволила предположить, что эффект МСК, участвующих в создании тимического микроокружения и поддержании функций эпителиальных клеток [Itoi M., 2007], может быть связан с активацией тимопоэза и/или миграцией Т-клеток из тимуса. Чтобы проверить это предположение, был проведен сравнительный анализ содержания в периферической крови наивных Т-лимфоцитов, экспрессирующих CD31 (фенотипический маркер, характеризующий недавние мигранты из тимуса), в группах больных со стандартной ТГСК и котрансплантацией МСК на момент выхода из лимфопении, а также через 6 и 12 мес после АТГСК.

До АТГСК содержание CD31+ наивных Т-клеток у больных составляло в среднем 12,7 ± 1,5 (n=26) и было достоверно снижено по сравнению со здоровыми донорами (28,9 ± 2,3 %; n=15; pU=0,000006), что свидетельствует о глубоком угнетении функции тимуса на фоне проведения ПХТ. Динамика CD31+ наивных Т-клеток в посттрансплантационном периоде была исследована у 19 пациентов в группе МСК(+) и 7 пациентов в группе МСК(-). У пациентов со стандартной АТГСК, относительное количество CD31+ наивных Т-клеток на момент выхода из лимфопении не восстанавливалось до исходного уровня и было достоверно ниже, чем до АТГСК (4,78 ± 0,9 против 14,0 ± 1,8 %, p=0,0004) (рис. 5). В дальнейшем наблюдалось постепенное увеличение их количества. К 6 месяцам относительное содержание CD31+ наивных Т-клеток увеличивалось до 12,8 ± 2,7 %, достигая исходных значений, к концу первого года возрастало до 17,7 ± 4,2 %, оставаясь ниже, чем у доноров (pU=0,057), хотя и достоверно выше, чем до АТГСК (p=0,043).

В группе МСК(+) на момент восстановления лимфоцитов количество CD31+ наивных Т-клеток также было ниже исходного - 3,99 ± 1,1 против 9,47 ± 2,7 % (p=0,091), с дальнейшим повышением к 6 месяцам до 14,5 ± 6,4 % и к 12 мес – до 23,1 ± 7,9 % (достоверно превышая исходный уровень (р=0,043). При этом, если в группе со стандартной АТГСК содержание CD31+ наивных Т-клеток к 6 мес и исходу года было ниже или приближалось к нижнему порогу нормативных значений (pU=0,0003 и pU=0,057), то в группе МСК(+) доля CD4+CD45RA+CD31+ наивных Т-клеток на период 6 и 12 мес достоверно не отличалась от нормативного уровня (pU=0,1 и pU=0,35).

 Относительное количество CD4+CD45RA+CD31+ субпопуляции наивных-7
Рис. 5. Относительное количество CD4+CD45RA+CD31+ субпопуляции наивных Т-клеток в группах больных МСК(+) и МСК(-) до и после АТГСК. Данные представлены в виде М ± SE. Серым цветом выделена область значений здоровых доноров. Верхней горизонтальной пунктирной линией представлено среднее (28,9 %), нижней – минимальное значение (18 %). # p<0,05 в сравнении с донорскими показателями по U-критерию Вилкоксона-Манна-Уитни.




Таким образом, у больных с ко-трансплантацией МСК наблюдается более быстрое восстановление наивных CD31+ Т-клеток, уровень которых к 6-му месяцу не отличается от такового у доноров. Данный факт является аргументом в пользу более раннего восстановления тимопоэза на фоне ко-трансплантации МСК по сравнению со стандартной АТГСК.

Очередной этап работы был посвящен изучению особенностей восстановления Трег после ТГСК, в том числе на фоне ко-трансплантации МСК, а также анализу возможной взаимосвязи Трег с показателями выживаемости у больных лимфомами. Для изучения динамики восстановления Трег был проведен сравнительный анализ относительного и абсолютного количества этих клеток до и в течение года после проведения АТГСК.

По сравнению с донорами у больных, обследованных до начала АТГСК, относительное содержание CD4+CD25hi и CD4+FOXP3+ Трег было повышено (2,1±0,2 против 1,35±0,1%; рU<0,001 и 5,9±0,5 против 3,8±0,3%; рU<0,001, соответственно). Однако, из-за наличия лимфопении, абсолютные количества этих клеток были сходны с таковыми у доноров. После проведения АТГСК на момент выхода из лейкопении относительное содержание циркулирующих CD4+CD25hi и CD4+FOXP3+ Трег увеличивалось до 3,2±0,6 и 8,3±1,1%, соответственно (рU<0,05). Поскольку в этот период абсолютное число лимфоцитов не восстанавливалось до исходного уровня (0,85±0,08 против 1,49±0,17 х 109/л; рU<0,001), абсолютное количество Трег значимо не отличалось от значений в предтрансплантационном периоде. Через 6 мес после АТГСК абсолютное содержание лимфоцитов восстанавливалось до исходного уровня (1,52±0,19 х 109/л), но ниже нормативных значений. Доля CD4+CD25hi Т-клеток снижалась до исходного уровня (2,05 ± 0,3%), а CD4+FOXP3+ – даже ниже (3,6±0,4%), достигая донорских значений. Через 12 мес, на фоне дальнейшего увеличения абсолютного количества лимфоцитов (до 1,90 ± 0,33 х 109/л), абсолютные и относительные значения Трег достоверно не отличалось от уровня у доноров. Ко-трансплантация МСК не влияла на эффективность раннего восстановления Трег после АТГСК и динамику их последующего снижения. (рис. 6 А-Б).

 Относительное количество CD4+CD25hi (А) и CD4+FOXP3+ (Б)-8
Рис. 6. Относительное количество CD4+CD25hi (А) и CD4+FOXP3+ (Б) субпопуляций Трег в группах больных МСК(+) и МСК(-) до и после АТГСК. Серым цветом выделен интерквантильный диапазон исследуемых значений у здоровых доноров. Горизонтальной пунктирной линией представлены средние значения: 1,35 % (А) и 3,82 % (Б). Данные представлены в виде М ± SE. * pU<0,05 в сравнении с донорскими показателями. # pU<0,05 в сравнении со значениями до АТГСК.


Pages:     | 1 | 2 || 4 |
 


Похожие работы:







 
2013 www.деньсилы.рф - «МЕДИЦИНА-ЛЕЧЕНИЕ-ОЗДОРОВЛЕНИЕ»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.