WWW.ДЕНЬСИЛЫ.РФ

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Медицина

 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

Клинико-патогенетическое обоснование лечения климактерического синдрома с использованием плазмафереза

-- [ Страница 4 ] --

В группе женщин с КС в состоянии покоя при исходном обследовании был выявлен широкий диапазон колебаний показателей кардиоритма, а в ответ на гипоксическую пробу несколько вариантов реагирования, что указывало на различную степень напряжения или перенапряжения регуляторных систем. Результаты исследования показали, что у 65,4% женщин до лечения выявлено преобладание активности парасимпатического звена регуляции вегетативной нервной системы, а у 34,6% - симпатического. У них установлен чрезвычайно широкий диапазон колебаний показателей степени напряжения регуляторных систем (ИН 17,4±2,0 – 490,6±70,5 у.е.). В ответ на вентиляционную гипоксическую пробу происходило упорядочение ритмов в виде нескольких вариантов реагирования, отражающих разные уровни реализации ответа. Так, при чрезмерном снижении централизации управления (в 7 раз ниже по сравнению с контролем) и усилении активности парасимпатического отдела в.н.с. в ответ на пробу развивалась выраженная компенсаторно-защитная реакция усиления централизации управления ритмом сердца с длительным ее сохранением в последействии. При значительно повышенной централизации управления (в 4 раза) и усиленной активности симпатического отдела в.н.с. – снижение централизации управления ритмом сердца (в 5,5 раза) с пролонгированным восстановлением в последействии. У женщин с умеренно повышенной активностью в.н.с. в ответ на пробу развивалась реакция снижения централизации управления с восстановлением исходных показателей к 5-й мин последействия. Анализ полученных данных показал, что при тяжелых и атипичных формах КС реакция на гипоксическую пробу приобретает черты, свойственные ответам на экстремальные воздействия, что не наблюдается у здоровых женщин. Это говорит о снижении компенсаторно-защитных возможностей организма.

После проведенного ПА у 33 из 34 женщин с исходным преобладанием парасимпатической активности установлено повышение уровня централизации управления, то есть более физиологичное соотношение активности вегетативных звеньев регуляции. Лишь у одной женщины по данным КИГ терапевтический эффект был незначителен.

У остальных 16 женщин до лечения выявлено преобладание централизации управления ритмом сердца разной степени выраженности. Применение ПА у 12 из них с умеренно повышенным напряжением регулирующих систем вызывало снижение напряжения практически до нормальных величин, а у 4-х женщин с чрезмерно увеличенным напряжением регуляторных систем и очень высокой централизацией управления ритмом сердца, высоким АД, терапия ПА оказалась менее эффективной, хотя и отмечалась тенденция к нормализации показателей.

Таким образом, применение ПА у женщин с КС вызвало такие перестройки активности уровней регуляции деятельности сердца, которые способствовали нормализации баланса взаимодействия симпатической и парасимпатической в.н.с., что повысило функциональные резервы организма для обеспечения оптимального проявления компенсаторно-защитных реакций и процессов адаптации. Лишь у 10% женщин с КС, у которых выявлены значительные формы нарушений состояния адаптивных механизмов, ПА оказал менее выраженный эффект.

Для более глубокого понимания патогенеза сформировавшихся нарушений при КС и корригирующего действия ПА изучена реакция кардио-респираторной системы у 22 (52,5±2,5 лет) больных с тяжелыми и атипичными проявлениями КС на проведение ПА с помощью теста «возвратное дыхание».

После проведения КИГ-анализа по исходным данным пациентки были распределены на 3 группы: 1-я – больные с ваготонией (8); 2-я – с умеренной симпатикотонией (10); 3-я – с гиперсимпатикотонией (4).

В ответ на пробу «возвратное дыхание» у всех женщин после ПА достоверно увеличивалось время дыхания в замкнутом объеме, наиболее значительно при симпатикотонии – на 25,3%, при ваготонии – на 8,1%, при гиперсимпатикотонии – на 13,4%. Это свидетельствовало об уменьшении потребления кислорода и более эффективном метаболизме после проведенных процедур. К концу пробы, в связи с повышенной потребностью организма в кислороде, значения минутный объем дыхания во всех группах увеличивались в среднем в 2-3 раза, преимущественно за счет повышения дыхательного коэффициента и частоты дыхания.

Направленность реакций к концу пробы была однотипной во всех группах. Однако после проведения ПА у женщин с ваготонией и симпатикотонией изменения показателей внешнего дыхания на действие гипоксии и гиперкапнии были менее выражены, чем до него. При гиперсимпатикотонии к концу пробы изменение показателей внешнего дыхания до и после курса ПА не различались между собой.

КРС является центральным звеном в системе транспорта кислорода и во многом определяет функциональные резервы организма. Результаты исследования состояния КРС у женщин с разными типами вегетативного гомеостаза показали, что применение ПА способствует мобилизации функциональных резервов организма, повышению эффективности КРС в покое и в экстремальных условиях (воздействие гипоксии и гиперкапнии).

Гормональный фон здоровых женщин пери- и постменопаузального возраста, а также больных с климактерическим синдромом хорошо изучен [Вихляева Е.М., 2006; Сметник В.П., 2006]. Динамика гормонального статуса в условиях проведения курса ПА представляет научный и практический интерес. Для изучения динамики уровня половых гормонов были обследованы по 12 больных, находящихся пери- и в постменопаузе.

Исходные уровни эстрадиола составили в перименопаузе – 144,80±98,42 пмоль/л, в постменопаузе – 59,13±31,62 пмоль/л. Поскольку процентное изменение уровня эстрадиола (Е2)в крови в обеих подгруппах было близко по значениям, мы сочли возможным их объединить: сразу после окончания ПА имелась тенденция к росту Е2 на 30,7% (р>0,05), которая сохранялась в течение следующих 3 месяцев (47,0%). Через 6 месяцев после окончания курса терапии содержание эстрадиола снижалось до уровня, равного концентрации Е2 в момент обследования по окончании сеансов ПА.





При рассмотрении исходного уровня гонадотропинов выявлено более высокое их содержание в подгруппе женщин с КС в постменопаузе – фолликулостимулирующего гормона (ФСГ) 69,09±29,16 МЕ/л, лютеинизирующего гормона (ЛГ) – 39,65±16,63 МЕ/л, в подгруппе перименопаузы – 33,71±28,81 МЕ/л и 26,29±15,53 МЕ/л соответственно. В результате проведенного лечения уровни гонадотропинов снизились в обеих подгруппах и продолжали уменьшаться в течение последующих 3 месяцев, причем снижение ЛГ в подгруппе перименопаузы было более выраженным – на 23,7% после лечения и на 42,9% через 3 месяца против – 14,9% (р>0,05) и 25,0% (р<0,05) соответственно в постменопаузе. Через 6 месяцев тенденция к росту гонадотропинов наблюдалась у всех больных.

Исходный уровень пролактина у пациенток двух подгрупп различался: перименопауза – 279,0±133,18 мЕ/л, постменопауза – 195,6±69,06 мЕ/л. Проведение курса плазмафереза вызвало тенденцию к уменьшению его уровня в обеих подгруппах больных: у женщин в перименопаузе – на 13% после курса терапии и на 26,8% (р>0,05) через 3 месяца, у пациенток в постменопаузе – на 10,9% и 19,5% (р<0,05) соответственно. Через полгода после лечения имелась тенденция к возврату к первоначальным значениям.

Известно, что гипотиреоз чаще встречается у женщин, чем у мужчин [Sawin CT, 1985; Malliet R., 1995]. При этом в период менопаузы патология щитовидной железы увеличивается – частота гипотиреоза составляет от 10 до 40% [Woeber K.A., 1997; Mulder J.E., 1998].

При исследовании уровня тиреоидных гормонов у женщин с КС не было выявлено различий между показателями больных, находящихся в пери- и постменопаузе. До начала лечения было выявлено повышение уровня тиреотропного гормона (ТТГ) у одной из пациенток; снижение трийодтиронина (Т3) – у 2-х, тироксина (Т4св) – у 4-х больных, что говорит о наличии у них субклинической формы гипотиреоза. При УЗ-исследовании щитовидной железы патологии не выявлено.

После проведенного лечения и через 3 месяца была выявлена тенденция к понижению уровня ТТГ на 4,2% и 17,4% соответственно (показатели уровня ТТГ у всех больных находились в пределах нормативных значений). После окончания курса ПА содержание Т3 и Т4св в плазме крови несколько возросло – на 8,4% и 9,1% соответственно. Через 3 месяца Т3 достоверно увеличился на 17,6% (р<0,05), а Т4св имел дальнейшую тенденцию к росту на 13,9% (исследуемые показатели не выходили за рамки нормативных показателей). Через 6 месяцев уровни тиреоидных гормонов приближались к исходным.

Таким образом, проведенный курс лечения позволил нивелировать возрастную тенденцию к гипотиреозу, повысив уровень тиреоидных гормонов в пределах физиологических колебаний. На основании полученных данных можно сделать вывод о том, что в результате проведенного курса ПА появилась тенденция к увеличению уровня эстрогенов и снижению гонадотропных гормонов и пролактина, что привело к уменьшению выраженности симптомов КС. Вероятно, тенденция к повышению уровня эстрадиола в периферической крови после проведения ПА происходит вследствие улучшения микроциркуляции, в том числе и в жировой ткани, и усиления ароматизации циркулирующих андрогенов стромальными клетками жировой ткани. Соответственно повышению эстрогенов произошло и снижение гонадотропных гормонов. Но, поскольку новых источников поступления эстрогенов в организм нет, в течение полугода уровни указанных гормонов возвращаются к первоначальным значениям.

В научной литературе имеется ряд работ по исследованию состояния нейро-эндокринной системы у больных хроническим воспалительным заболеванием внутренних половых органов в условиях ПА [Федорова Т.А., 1996; Немченко О.И., 1999]. Вместе с тем исследований нейро-эндокринной системы у женщин с тяжелыми и атипичными формами КС под влиянием эфферентной терапии в литературе мы не встретили.

Нами было проведено изучение характера электрической активности мозга и ответных реакций на функциональные нагрузки в исходном состоянии и после лечения у 20 больных с КС. Выключение гормональной функции яичников и нарушение циклической секреции гонадотропных гормонов вызвало у всех женщин изменение электрогенеза мозга.

У 6 больных (30%) отмечалась дисфункция верхнестволовых и диэнцефальных структур мозга при вовлечении в процесс структур переднего гипоталамуса и синхронизирующих образований медиобазальных отделов коры (I группа). На фоне гипервентиляции у всех пациенток отмечалось увеличение количества вспышек -ритма и генерализованной билатеральной активности сложной структуры.

У 5 женщин (25%) фоновую биоэлектрическую активность мозга характеризовала дезорганизация -ритма со смещением полосы оптимальной перестройки ритмов к более высоким частотам раздражений, наличие патологических форм активности, нарушение процессов внутренней при усилении внешней синхронизации (II группа).

У 9 больных (45%) выявлено усиление активирующих влияний на кору больших полушарий и повышение активности диэнцефальных структур мозга при снижении кортикофугальных влияний, нарушения в характере электрической активности мозга проявлялись дисфункцией мезодиэнцефальных структур (III группа).

После проведенного лечения у всех больных на ЭЭГ отмечено снижение количества медленной активности, улучшение реакций на эфферентные раздражители и метаболизма корковых нейронов. Только у одной больной I группы отмечено снижение влияния верхнестволовых структур мозга. У 60% больных II и III групп отмечалось усиление процессов внутреннего торможения при снижении внешней синхронизации. Отмечался сдвиг основных ритмов в сторону более низких частот, увеличение -ритма, генерализация его в передние отделы мозга, повышение его индекса, уменьшение количества медленной активности. Реакция усвоения ритма световых мельканий смещалась к частотам -диапазона. Следовательно, рисунок ЭЭГ свидетельствовал об изменении корково-подкорковых взаимоотношений и активности синхронизирующих и десинхронизирующих структур ствола мозга в сторону более физиологических. У остальных 40% больных этих групп отчетливых изменений характера электрической активности мозга не наблюдалось. Через месяц у большинства больных рисунок ЭЭГ возвращался к исходным показателям. Таким образом, данные ЭЭГ свидетельствуют об улучшении активности регуляторных систем, повышении резервных возможностей организма после проведенной терапии.

Поскольку в литературе имеются указания на изменения в ЭЭГ при нарушениях психической деятельности, когнитивных функций, возникла необходимость для объективизации психологического состояния больных [Ray W., 1985; Поворинский А.Г., 1987]. Для решения этой задачи мы применили методику диагностики самооценки Ч. Спилберга и Ю. Л. Ханина.

Обследование 30 больных с КС выявило значительные расхождения в оценках личностной (ЛТ) и реактивной тревожности (РТ). Высокая ЛТ была выявлена у 2/3 больных. РТ характеризовалась как средняя у большинства пациенток (16 человек), низкая – у 12 больных, высокая – у 2 женщин.

У больных с уровнем средней РТ все изменения в динамике терапии происходили в рамках нормативных показателей, тогда как в подгруппах с высокой и низкой РТ исходные показатели стремились к норме, что говорит о более адекватной оценке собственного состояния после лечения.

При изучении изменений показателей ЛТ до, после, через 3 и 6 месяцев после проведения ПА выявлено, что показатель, исходно превышающий норму, достоверно снижается до 86,9% от первоначального уровня и продолжает снижение и через 3 месяца. В подгруппе с высокой ЛТ: сразу после терапии очень высокий показатель ЛТ (56,35±8,0) достигает верхней границы нормы и в течение следующих 3 месяцев продолжает снижаться, составляя 79,9% от исходного (р0,001). Через 6 месяцев ЛТ в этой подгруппе увеличивается, хотя и остается на 11% ниже исходного. Поскольку ЛТ является устойчивой индивидуальной характеристикой, отражающей предрасположенность субъекта к тревоге, нормализация его говорит о более адекватном восприятии окружающей действительности и устранении жесткого стереотипа реагирования на психоэмоциональную нагрузку. Таким образом, проведенный курс терапии оказывает значительное влияние на внутренние, глубинные структуры личности, снижая личностную тревожность.

Качество жизни – оптимальное состояние, при котором физические, эмоциональные и личные аспекты жизни человека не подвержены влиянию заболевания и/или его лечения [Fletcher A.E., 1987]. Недостаточно достигнуть цели лечения, необходимо оценить нежелательные побочные эффекты от проводимой терапии, которые могут оказать такое же, или даже большее, влияние на качество жизни, как и само заболевание [Arora R., 1986]. В нашей работе использовался вопросник, разработанный в Саннибрукском Научном Центре Здоровья Университета Торонто в модификации В.Е. Балан (1998). По данным вопросника у больных с тяжелыми и атипичными формами КС отмечается снижение качества жизни на 55,34%, причем максимальные изменения происходят в подразделе физических изменений – 51,35%. У больных, находящихся в пери- и постменопаузе, качество жизни улучшается сразу после проведения курса терапии практически одинаково и составляет 79,4% (р>0,05) и 76,2% (р<0,01) соответственно от исходного показателя. В дальнейшем, через 3 месяца этот показатель продолжает снижаться и составляет 68,9% (р<0,05) и 67,3% (р<0,001).

Рассматривая изменение показателей качества жизни в зависимости от возраста, видно, что улучшение после лечения происходит во всех трех подгруппах (41-50, 51-55, 56-60 лет), причем в старшей – достоверно более выражено (на 73,3%). В течение 3 месяцев наблюдается дальнейшая положительная динамика. Через 6 месяцев после лечения достоверных различий в оценке показателей качества жизни в подгруппах пери- и менопаузы, а также подразделенных по возрасту, не выявлено.

Рассматривая изменения показателей качества жизни по разделам вопросника оказалось, что наиболее значительные изменения в процессе лечения происходят в подгруппе вегетативно-сосудистых нарушений: после лечения результат составляет 70,8% от исходного показателя и в течение следующих 3 месяцев продолжает снижаться, достигая 57,6%. Через 6 месяцев результат сравнивается с предыдущим – 70,5%, хотя достоверно отличается от исходного (р<0,01).

Психо-эмоциональные (76,14% и 67,1%) и физические нарушения (79,4% и 69,7%) также достоверно становятся менее выраженными. Урогенитальные расстройства изменяются незначительно (80,63%) и в дальнейшем имеют тенденцию к улучшению (73,43%), причем результат лечения сохраняется в течение последующего полугода. При сравнении результатов лечения в вышеуказанных подгруппах статистически достоверных различий выявлено не было.

Клиническая эффективность терапии оценивалась по окончании лечения, через 3 и 6 месяцев по ММИ в модификации Е.В.Уваровой (1982).



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |
 




Похожие работы:







 
2013 www.деньсилы.рф - «МЕДИЦИНА-ЛЕЧЕНИЕ-ОЗДОРОВЛЕНИЕ»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.